Две судьбы – один танец, одна семья


Дети военных лет, пережившие все тяготы военного лихолетья, давно выросли, состарились, многие ушли из жизни. Но пусть наша память станет залогом их бессмертия и всегда хранит былое.

Сегодня мой рассказ о супругах Алейниковых – Василии Максимовиче и Раисе Ивановне из села Сотниковского.

Отец погиб в фашистском плену

– Я родился 10 октября 1935 года в селе Сотниковском в простой крестьянской семье Максима Фёдоровича и Прасковьи Тимофеевны (в девичестве Брайко) Алейниковых, – начал свой рассказ Василий Максимович. – В семье было двое детей – я и мой старший брат Николай, 1928 года рождения. Мать с отцом работали в колхозе «Красный Восток». В те времена в большом селе Сотниковском было четыре колхоза: «Красный Восток», «Пролетарская революция», «Черняховский» и «Сельмаш».

Когда началась Великая Отечественная война, отца в числе первых мобилизовали на фронт. У сельского клуба устроили проводы. Много сотниковских мужчин в тот день отправились защищать Родину от вероломного врага, большинство из них домой уже не вернулись.

Провожая отца на фронт, мама плакала. А отец ей сказал: «Не плачь, жив буду – вернусь!» Спустя какое-то время мы с мамой ездили в Ставрополь, где отец проходил военную подготовку перед отправкой в действующую армию. С тех пор отца мы больше не видели. В документах сообщалось, что красноармеец М.Ф. Алейников пропал без вести в декабре 1941 года. Его фронтовая судьба нам была неизвестна. Хотя после войны домой вернулся наш односельчанин Панков. Он рассказывал маме, что воевал вместе с отцом, вместе попали в плен и отец умер у него на руках.

Помню, как в августе 1942 года в наше Сотниковское пришли немцы. Они зашли в село с горы, где сейчас проходит автотрасса Благодарный-Будённовск. К нам в дом они не приходили, потому как поживиться у нас им было нечем. Сами жили впроголодь. Чтобы как-то прокормиться, ловили сусликов за селом, воробьёв, забирали яйца в гнёздах диких птиц. Так и выживали.

По селу ходила молва, что немцы расстреляли на старой кошаре за селом женщин, стариков и детей еврейской национальности. Но сам я не был свидетелем этого злодеяния, да и евреев в нашем селе не видел.

Ещё был такой случай, люди говорили, что одна сотниковская девушка, не по своей воле, по принуждению, выходила замуж за немца. Сыграли свадьбу. А на свадьбе ей подружка комсомолка Рая Медведева вслух сказала, что когда придут наши, ей не поздоровится. Услышав это, один из местных полицаев схватил Раису и увёл за село, в балку, там и расстрелял.

Зато сколько радости было у сельчан, когда на Старый новый год, в январе 1943-го, немцы спешно покинули село, а следом в Сотниковское зашла наша конница. Среди кавалеристов были и наши односельчане Иван Михайлович Агеев и Алексей Корнеевич Шевцов.

А когда в село пришла долгожданная весть о победе, счастью людей не было предела. Закончилась война. Началась мирная жизнь. К родным очагам стали возвращаться солдаты-победители. Наш отец с войны не вернулся.

Самыми тяжёлыми были голодные послевоенные годы – 1946-47-й. Особенно трудно было вдовам, как моя мама, в одиночку растить детей. Но как-то выжили, всё пережили.

С 10 лет я уже начал работать в колхозе. Сначала был погонычем на быках, потом скирдовал солому. Окончил восемь классов школы.

В 1954 году призвали в армию. Служил в Азербайджане в зенитно-артиллерийском полку три года. После армии пошёл работать в колхоз имени Хрущёва. Сначала чабановал, плотничал, был молотобойцем в кузнице, потом выучился на шофёра. Всю свою сознательную жизнь проработал в колхозе, который позже был переименован в «Гигант», до выхода на заслуженный отдых в 1995 году. За многолетний добросовестный труд награждён медалью «Ветеран труда».

Четверо умерли в детстве, трое не вернулись с войны

– А я родилась 5 ноября 1937 года в семье Ивана Максимовича (1907 г.р.) и Анастасии Спиридоновны (1908 г.р.) Овчаровых, – подхватила рассказ мужа Раиса Ивановна, поведав историю своей жизни. – В нашей семье было семеро детей: Антонина (1928 года рождения), Николай (1931 г.р.), Василий (1933 г.р.), Василий (1935 г.р.), я и младшие близнецы Саша и Жора (1940 г.р.).

Оба старших брата Василия умерли ещё до войны, я их и не помню совсем. Близнецы Саша и Жора тоже умерли от болезни спустя год после рождения – в 1941-м, когда папу уже забрали на фронт.

Отца призвали в ряды Красной Армии 1 сентября 1941 года. До призыва он был председателем колхоза «Сельмаш». Погиб в бою за Ростов, как значилось в похоронке. Всего из нашей семьи на фронт ушли четверо – отец и трое его братьев. Живым с войны вернулся только один.

Когда в село пришли немцы, стали ходить по хатам сельчан и спрашивать яйца, масло, молоко… Пришли и к нам. Увидели в базу поросёнка и сразу забрали. Мама тогда горько плакала. Больше они к нам не приходили – взять-то у нас было нечего. Как мы выжили в те страшные голодные годы – одному Богу известно. Ели, что придётся. Мама пешком ходила на рынок в село Новоселицкое и меняла вещи, свои и те, что остались от родителей, на продукты. Принесёт две-три поллитровых баночки кукурузы, проса, ячменя и т.п. Перемелет на ручной мельнице, смешает с семенами курая, напечёт оладушек или ещё чего-нибудь. А мы, маленькие, сидим на печи и грызём потихонечку эту «выпечку».

У соседей Кондратенко жили еврейские беженцы – женщина по имени Сима с сыновьями Чапой и Пиней. Они приехали в село с началом войны. Обыкновенные добрые люди с непривычными для нашего слуха смешными именами. Когда пришли немцы, их сразу арестовали, и больше мы их не видели. Наверное, их тоже расстреляли вместе с другими гражданами еврейской национальности за селом.

В первые послевоенные годы тоже было тяжело. Мама работала в колхозе разнорабочей, вели небольшое подсобное хозяйство, как-то выживали. А тут ещё государство ввело, так называемый, сельхозналог. Каждая семья, имевшая в личном подсобном хозяйстве корову, должна была ежегодно сдавать государству 250 литров молока, а если в хозяйстве были куры – 150 яиц, бычок или поросёнок – 40 килограммов мяса. Потом был налог на плодовые деревья… В общем нелегко жилось.

Работать я пошла с семи лет. Сначала вместе с подружками носила воду женщинам в поле, занятым на прополке хлопка. Потом работала на вениках (летом убирали просо, зимой из него вязали веники), трудилась на винограднике и т. п. Окончила восемь классов школы. Всю жизнь проработала в колхозе разнорабочей, но до звания «Ветеран труда», как выяснилось, не доработала.

Почти «бриллиантовые» юбиляры

Василий Максимович и Раиса Ивановна познакомились, как и большинство их сверстников тех лет, на танцах в сельском клубе, где любила проводить свободное от работы время сельская молодёжь. Он тогда только демобилизовался из рядов Советской Армии и был одним из лучших гармонистов в Сотниковском, по сути – первый парень на селе. Она – двадцатилетняя красавица. Молодые сразу приглянулись друг другу. И однажды Василий осмелился пригласить Раису на танец, да так, как шутят сами супруги Алейниковы, и танцуют вместе по жизни вот уже без малого шестьдесят лет.

Они поженились 9 ноября 1958 года. Сыграли свадьбу, стали жить-поживать да добра наживать. В 1959 году в молодой семье родилась дочь Любовь, спустя два года – сын Александр, а следом – в 1966-м – ещё один сын Николай. Детей вырастили в любви и согласии. Сегодня у супругов Алейниковых, в канун «бриллиантового» юбилея семейной жизни, восемь внуков и четверо правнуков. Дети, внуки и правнуки постоянно навещают, заботятся и почитают своих стариков. А Василий Максимович и Раиса Ивановна помогают, чем могут, и всегда радушно встречают своих родных и самых близких на свете людей. И где-то в глубине души надеются, что государство когда-нибудь вспомнит о людях, чьё детство выпало на суровые военные годы, а юность прошла в самоотверженном труде по восстановлению разрушенного войной народного хозяйства, да преподнесёт детям войны хороший, добрый подарок в виде каких-нибудь льгот или денежных компенсаций за то, что не было у них в детстве этих подарков, да и детства – той самой счастливой и беззаботной поры, как принято считать сегодня, – тоже не было!